Устный журнал «Монастыри Ростовской области»

Мероприятие предназначено для учащихся старших классов.

Во время проведения УЖ показана презентация «Монастыри Ростовской области»

1 страница «Монастыри как центр русской культуры»

2 страница «История возникновения монастырей на Руси»

3 страница  «Роль монастырей в духовной жизни Руси»

4 страница «Монастыри Ростовской области»

 

«Монастыри как центр русской культуры»

 Русская культура – это, громадное разнообразие возможностей, идущее от множества  истоков-учителей.  Среди  последних  –  дохристианская   культура восточных славян, благотворное отсутствие  единства  (русская  культура  при рождении –  комбинация  культур  многих  центров  Киевской  земли),  свобода (прежде всего внутренняя, осознаваемая и как творчество, и  как  разрушение) и, конечно, широкие иностранные влияния и заимствования.

      Кроме того, в нашей культуре трудно найти период, когда  бы  ее  сферы развивались равномерно – в XIV – начале  XV  вв.  на  первое  место  выходит живопись, в XV – XVI вв. превалирует зодчество, в XVII в. передовые  позиции принадлежат литературе. В то же время русская культура в каждом  веке  и  на протяжении нескольких веков – это единство, где каждая из ее сфер  обогащает другие, подсказывает им новые ходы и возможности, учится у них сама.

      Славянские  народы  впервые  приобщились  к  высотам  культуры   через христианство. Откровением для них  стала  не  «телесность»,  с  которой  они постоянно  сталкивались,  а  духовность  человеческого  существования.   Эта духовность приходила  к ним, прежде всего через искусство,  которое  легко  и своеобразно воспринималось восточными  славянами,  подготовленными  к  этому своим отношением к окружающему миру, природе.  Большую  роль  в  формировании  духовности  и  в  культурном  развитии русского народа сыграли  монастыри.

 

2. История возникновения монастырей на Руси

      Монастыри  появились  в  Древней  Руси  в  XI  в.,  спустя   несколько

десятилетий после принятия христианства киевским  князем  Владимиром  и  его подданными. А через 1,5-2 века они уже играли важную роль в жизни страны.

      Начало русского монашества летопись связывает с деятельностью  Антония – жителя города Любеча, близ Чернигова, принявшего  монашество  на  Афоне  и появившегося в Киеве в середине XI века. «Повесть временных лет» сообщает  о нем под 1051 годом. Правда, в летописи говорится, что когда  Антоний  пришел в Киев и начал выбирать, где бы поселиться, то он «ходил  по  монастырям,  и нигде  ему  не  понравилось».  Значит,  были  на  Киевской   земле   какие-то монашеские обители и до Антония. Но о них нет никаких  сведений,  и  поэтому первым русским православным  монастырем  считается  Печерский  (впоследствии Киево - Печорская лавра),  возникший  на  одной  из  киевских  гор  по  почину Антония:  он  якобы  поселился  в  пещере,  вырытой   для   молитв   будущим митрополитом Илларионом.

      Однако  подлинным  родоначальником  монашества  русская   православная церковь считает Феодосия, принявшего  иночество  по  благословению  Антония. Став игуменом, он ввел в своей обители, насчитывавшей  два  десятка  иноков, устав  Константинопольского   Студийского   монастыря,   которым   строжайше регламентировалась вся жизнь монашествующих. Впоследствии этот  устав  ввели и в других крупных монастырях  русской  православной  церкви,  которые  были

преимущественно общежительными. В начале XII в. Киевская Русь распалась на ряд княжеств, которые были, по  существу,  вполне  независимыми   феодальными   государствами.   Процесс христианизации в их стольных городах  зашел  уже  далеко;  князья  и  бояре, состоятельные купцы, жизнь которых отнюдь  не  соответствовала  христианским заповедям, основывали монастыри, стремясь замолить в  них  грехи.  При  этом богатые вкладчики не только получали «обслуживание специалистов» –  монахов, но могли и сами провести остаток жизни в  привычных  условиях  материального благополучия. Возросшее количество населения в  городах  обеспечило  и  рост

численности монахов. Отмечалось  преобладание  городских  монастырей.  По-видимому,  здесь сыграло  роль  распространение  христианства   сначала   среди   богатых   и состоятельных людей, близких к князьям и живших вместе  с  ними  в  городах. Богатые купцы и ремесленники тоже жили в них. Конечно,  и  простые  горожане принимали христианство скорее, чем крестьяне. Наряду с большими,  существовали и мелкие частные монастыри,  владельцы которых могли ими распоряжаться и передавать их наследникам. Монахи в  таких монастырях  не  вели  общего  хозяйства,  а  вкладчики,  пожелав   уйти   из монастыря, могли потребовать свой вклад обратно.  С середины XIV в. начинается  возникновение  монастырей  нового  типа, которые основывались людьми, не имевшими земельных владений,  но  обладавших энергией и предприимчивостью. Они добивались от великого  князя  пожалования земель,  принимали  пожертвования  от  соседей-феодалов  «на  помин   души», закабаляли окрестных крестьян, скупали и выменивали земли, вели  собственное хозяйство, торговали, занимались ростовщичеством и  превращали  монастыри  в феодальные вотчины.

      Вслед  за  Киевом  обзавелись   собственными   монастырями   Новгород, Владимир, Смоленск, Галич и другие  древнерусские  города.  По данным летописей, в  XI-XIII  веках  на  Руси  имелось  не более 70 монастырей, в том числе по 17 в Киеве и Новгороде.  Заметно увеличилось число монастырей в период татаро-монгольского ига: к середине XV века их стало  более  180.  За  последующие  полтора  столетия открылось около 300 новых монастырей, а в один лишь XVII век – 220.  Процесс возникновения все новых и новых монастырей  (как  мужских,  так  и  женских) продолжался вплоть до  Великой  Октябрьской  социалистической  революции.  К 1917 году их стало 1025.

      Русские православные монастыри были многофункциональными.  Они  всегда рассматривались не только как очаги наиболее интенсивной религиозной  жизни, хранители церковных традиций, но и как экономический оплот церкви,  а  также центры подготовки церковных кадров. Монахи  составляли  костяк  духовенства, занимавший  ключевые  позиции  во  всех  областях  церковной  жизни.  Только монашеское звание открывало доступ к  епископскому  сану.  Связанные  обетом полного и безоговорочного повиновения, который они давали  при  пострижении, монахи были послушным орудием в руках церковного руководства.

      Как правило, в  русских  землях  XI-XIII  вв.  монастыри  основывались князьями или местной боярской аристократией. Первые  монастыри  возникали  вблизи больших  городов,  либо  непосредственно  в  них.  Монастыри  являлись формой социальной  организации  людей,  которые  отказались  от  принятых  в светском обществе норм  жизни.  Эти  коллективы  решали  разные  задачи:  от приготовления  своих  членов  к  загробной  жизни  до  создания   образцовых хозяйств. Монастыри выполняли функцию учреждений социального призрения.  Они же, тесно связанные с властью,  становились  центрами  идеологической  жизни Руси.       В монастырях  готовились  кадры  священнослужителей  всех  рангов.  Из монашеской среды  избирался  епископат,  причем  архиерейский  чин  получали преимущественно иноки знатного  происхождения.  В  XI-XII  веках  из  одного Киево-Печорского  монастыря  вышло   пятнадцать   епископов.   Архиереи   из  «простецов» насчитывались единицами.

 

                3.   Роль монастырей в культурной жизни Руси

Православные   монастыри   сыграли   огромную   роль   в   культурной,

политической и хозяйственной истории Руси, России. В  нашей  стране  –  как, впрочем, и в других странах христианского  мира  –  обители  монахов  всегда были не только местами молитвенного служения  Богу, но и центрами  культуры, просвещения; во многие периоды  отечественной  истории  монастыри  оказывали заметное воздействие  на  политическое  развитие  страны,  на  хозяйственную жизнь людей.

      Одним из таких периодов было время сплочения русских земель  вокруг Москвы, время расцвета православного искусства и  переосмысления  культурной традиции,  связывавшей  Киевскую   Русь   с   Московским   царством,   время колонизации новых земель и приобщения к православию новых народов.

      На протяжении XV и XVI   столетий  лесистый  север  страны  покрывался сетью  крупных  монастырских  хозяйств,  около  которых  постепенно  оседало крестьянское   население.   Так   начиналось   мирное   освоение    огромных пространств.   Оно   шло   одновременно   с   широкой   просветительской   и миссионерской деятельностью.

      Епископ Стефан Пермский проповедовал по Северной Двине среди коми, для которых создал азбуку и  перевел  Евангелие.  Преподобные  Сергий  и  Герман основали Валаамский Спасо-Преображенский монастырь на островах  в  Ладожском озере и  проповедовали  среди  карельских  племен.  Преподобные  Савватий  и Зосима положили начало  крупнейшему  на  Севере  Европы  Соловецкому  Спасо-Преображенскому монастырю. Святой Кирилл  создал  монастырь  в  Белозерском крае. Святой Феодорит Кольский крестил финское племя топарей  и  создал  для него  азбуку.  Его  миссию  в  середине  XVI  в.  продолжил  святой   Трифон Печенегский,  основавший   монастырь   на   северном   побережье   Кольского полуострова.

      Появились в XV-XVI вв. и многие другие монастыри. В  них  шла  большая просветительская   работа,  переписывались  книги,  развивались   самобытные школы иконописи, фресковой живописи.

      В монастырях писались иконы, которые  наряду  с  фресками  и  мозаикой составляли тот жанр живописного  искусства,  что  был  разрешен  церковью  и всячески поощрялся ею.

      Выдающиеся живописцы древности отражали в иконе и религиозные  сюжеты, и  свое  видение  окружающего  мира,  запечатлевали  в   красках   не   одни христианские догматы, но и  собственное  отношение  к  актуальным  проблемам современности. Поэтому древнерусское живописное  искусство  вышло  за  узкие рамки  церкви и  стало  важным   средством  художественного отражения своей эпохи – явлением не только чисто  религиозной  жизни,  но  и общекультурной.

      XIV – начало XV вв. – это  время  расцвета  иконописи.  Именно  в  ней русским художникам удалось полностью  выразить  характер  страны  и  народа, подняться до высот мировой культуры.  Корифеями  же  иконописи,  безусловно, являлись Феофан Грек, Андрей Рублев  и  Дионисий.  Благодаря  их  творчеству русская  икона  стала  не  только  предметом  живописи,  но  и   философских дискуссий; она о много говорит не только  искусствоведам,  но  и  социальным психологам, стала составной частью жизни русского народа.

      Провидение крайне редко распоряжается таким образом, что на протяжении 150 лет один за другим живут и творят великие деятели культуры. России  XIV- XV вв. в этом отношении повезло – у нее были Ф. Грек, А.  Рублев,  Дионисий.

Первым звеном в этой цепи оказался Феофан – философ,  книжник,  иллюстратор, иконописец, который попал на Русь уже сложившимся, но не застывшим  в  темах и приемах письма мастером. Работая в Новгороде и  Москве,  он  с  одинаковой изощренностью сумел создать совершенно непохожие  друг  на  друга  фрески  и иконы. Грек не  брезговал  приноравливанием  к  обстоятельствам:  неистовый, поражающий неуемной фантазией в Новгороде, он  мало  чем  напоминает  строго канонического мастера в Москве. Только его мастерство  остается  неизменным. Он не спорил со временем и заказчиками,  и  учил  жизни  и  хитростям  своей профессии русских художников, в том числе, вероятно, и Андрея Рублева.

      Рублев попытался совершить переворот в душах и умах своих зрителей. Он хотел, чтобы икона стала не только предметом культа,  наделенным  магической силой,  но  и  предметом  философского,  художественного   и   эстетического созерцания. О жизни Рублева, как и  многих  других  мастеров  Древней  Руси, известно не много. Почти весь его жизненный путь связан  с  Троице-Сергиевым и Андронниковым монастрями в Москве и Подмосковье.    Самая знаменитая икона Рублева – «Троица» – при жизни автора  вызывала споры и сомнения. Догматическое понятие Троицы – единство  божества  в  трех лицах:  Бога-отца,  Бога-сына  и  Бога-духа  святого  –  носило  отвлеченный

характер и было трудно для уразумения. Не случайно именно  учение  о  Троице породило в истории христианства огромное количество ересей. Да и на Руси XI-XIII  вв.  предпочитали  посвящать  храмы  более  реальным  образам:  Спасу, Богородице, Николе.       Рублев в символе Троицы различал не  только  отвлеченно  догматическую идею, но  и  жизненно  важную  для  того  времени  мысль  о  политическом  и нравственном  единстве  земли  Русской.  В  живописных   образах   передавал религиозную  перифразу  вполне  земной  идеи  единения,  «единства  равных». Подход Рублева к сути и значению иконы были  настолько  новы,  а  прорыв  из канона настолько решительным, что настоящая слава пришла к нему только в  XX в. Современники же ценили в нем  не  только  талантливого  живописца,  но  и святость  его  жизни.  Потом  рублевские  иконы   подновлялись   позднейшими авторами и скрылись вплоть до нашего века (не  будем  забывать  о  том,  что через 80-100 лет после создания иконы темнели от  покрывавшей  их  олифы,  и

живопись становилась неразличимой.

      О третьем корифее иконописи мы также знаем немного. Дионисий,  видимо, был любимым художником Ивана III  и оставался мирским живописцем  не  приняв пострига. Вообще-то, смирение и  послушание  ему  явно  не  присущи,  что  и сказалось в его фресках. Да и эпоха была  совершенно  иной,  нежели  времена Грека  и  Рублева.  Москва  торжествовала  победу  над  Ордой  и   искусству предписывалось воспевать величие и  славу  Московского  государства.  Фрески Дионисия  не  достигают  быть  может  высокой  устремленности   и   глубокой

выразительности рублевскиих икон. Они созданы  не  для  размышлений,  а  для радостного любования. Они  –  часть  праздника,  а  не  предмет  задумчивого созерцания.  Дионисий  не  стал  вещим  предсказателем,   но   он   является непревзойденным мастером  и  хозяином  цвета,  тонов  необычайно  светлых  и чистых. С его творчеством парадное, торжественное искусство  стало  ведущим. Ему, конечно, пытались подражать,  но  последователям  не  хватало  какой-то малости: меры,  стройности,  чистоты  –  того,  что  и  отличает  подлинного мастера от прилежного ремесленника.

      Мы знаем по именам лишь  некоторых  иноков  –  иконописцев,  резчиков, писателей, зодчих. Тогдашняя культура была в  известной  степени  анонимной, что вообще характерно для средневековья. Смиренные монахи далеко  не  всегда подписывали свои произведения, также  не слишком заботились  о  прижизненной или посмертной земной славе и мастера-миряне.

      Это  была  эпоха  соборного  творчества.  Митрополит  Волоколамский  и Юрьевский Питирим, наш современник, писал  об  этой  эпохе  в  работе  «Опыт народного  духа»  так:  «Дух  соборного  делания  коснулся   всех   областей творчества. Вслед за политическим собиранием  Руси,  одновременно  с  ростом экономических  связей  различных  частей  государства  началось   культурное собирание. Именно тогда умножились произведения  житийной  литературы,  были созданы обобщающие летописные своды, начали сливаться воедино в  общерусской культуре достижения  крупнейших  провинциальных  школ  в  области  изобразительного,  архитектурного,  музыкально-певческого,   декоративно-прикладного искусства».

      До   появления   книгопечатания   именно   в    монастырских    кельях

переписывались  книги  богослужебного  назначения,   сочинялась   литература религиозно-церковного содержания, в частности «жития святых»,  прославлявшие «угодников божьих» (в основном монашествующих) и те обители, где  они  несли иноческое послушание.

      Одновременно монастыри выполняли социальный  заказ  княжеской  власти: создавали  и  заново  редактировали  летописи,  документы   законодательного характера. Судя по содержанию летописей и  стилю  их  изложения,  писали  их люди, лишь формально «ушедшие из мира», как того требовал ритуал  посвящения в монашество, а фактически находившиеся в самой гуще  политических  событий, полные  «морских» забот и волнений.       Созидание культуры всегда тесно связано с ее сбережением, сохранением. Эту двуединую задачу в XV-XVI  вв.  как  раз  и  решали  монастыри,  которые испокон веку были не только духовными центрами, но и  своего  рода  музеями, где хранились  уникальные  произведения  национального  искусства,  а  также библиотеками с поразительными   по  ценности  собраниями  рукописей,  редких книг.

      Одним из главных источников  пополнения  монастырских  коллекций  были вклады.  Сюда  приносили  фамильные  реликвии  обедневшие  потомки  удельных князей, не выдержавшие неравной борьбы с окрепшей  великокняжеской  властью. Вклады  поступали  и  от  московских  князей    и   царей,   которые   часто использовали влиятельные монастыри в политических целях. Причинами вклада  в сокровищницу монастыря  могли  быть  и  победа,  одержанная  над  врагом,  и моление о рождении наследника, и торжественное восшествие на престол.  Часто делали вклады и просто  на  помин  души.  На  территории  монастырей,  у  их соборов  и  церквей   иногда  хоронили  знатных  людей,  при  погребении  же монастырю не только платили деньги за могилу, но  и  оставляли  личные  вещи покойного, икону, снятую с гроба, и даже возок с  лошадьми,  на  котором  он был привезен. Среди вкладчиков  русских  монастырей  были  князья  и  бояре, представители высшего духовенства, дворяне, торговые и служивые люди  разных городов,  «государева   двора   разных   чинов   люди»,   городские   дьяки, монастырские слуги и служки, ремесленники и крестьяне.

      На монастыри смотрели как на надежные хранилища национальных сокровищ. Сюда привозили произведения искусства ради их  сбережения.  Не  случайно  на многих из них было написано: «А не отдати никому». Самыми  распространенными вкладами были фамильные иконы, украшенные драгоценными окладами.       Пользовались известностью монастырские собрания в Москве  и  Сергиевом Посаде, в Ростове Великом и Суздале,  Твери  и  Ярославле;  в  этих  городах составились уникальные коллекции русской иконописи XV-XVI вв.

 

4. «Монастыри Ростовской области»

Сведения о духовном оформлении Донской земли восходят еще к XIII веку, к середине которого земли по течению реки Дон вошли в состав Сарской епархии, учрежденной митрополитом Кириллом. В середине следующего столетия, при святителе Алексии, митрополите Московском, левобережье Дона вошло в состав Рязанской епархии, а правобережье осталось в Сарской.

С конца XIV века Область Войска Донского входила в состав Воронежской епархии. В начале XVIII столетия Земля Донских казаков усилиями Петра Великого включена в состав России. Это событие совпало с церковной реформой царя.

Серьезное беспокойство царя вызывало то, что Дон превратился в один из основных центров старообрядчества, борьба с которым тогда отвлекала значительные силы государства. Для эффективного управления донскими приходами и искоренения раскола правительство решило приблизить к ним архиерейскую власть. Так появился царский указ от 8 марта 1718 г. о включении Донской земли в состав Воронежской епархии.

После преобразования 1842 года Донская епархия все равно оставалась одной из самых обширных.

Период с 1917 по 1989 годы был очень сложным периодом в жизни Православной Церкви. Закрывались и разрушались храмы. Так, к 1940 году на территории епархии были закрыты все ранее действующие монастыри и 620 храмов.

К моменту празднования 1000-летия Крещения Руси в Ростовской епархии действовало 77 приходов, причем половина из них — в приспособленных зданиях (молитвенных домах), в то время как 149 храмов — памятников архитектуры использовались государством в качестве музеев, клубов и т. д. или никак не использовались, ветшали и разрушались.

В 90-е годы XX века, время, когда Россия освободилась от гнета богоборческой власти, Ростовская и Новочеркасская епархия вошла, возглавляемая митрополитом Владимиром (Сабоданом), управлявшим епархией с 1982 года. Десятилетие его руководства ознаменовалось возрождением церковной жизни: был учрежден Свято-Иверский женский монастырь, началось издание епархиальной газеты «Церковный вестник», а также значительно возросло число приходов и священнослужителей. В этот период были выстроены взаимоотношения с представителями государственной власти и общественности.

После назначения владыки Владимира митрополитом Киевским и всея Украины в 1992 году, кафедру возглавляли викарный епископ Азовский Сергий (Полеткин), митрополит Владимир (Котляров), архиепископ Пантелеимон (Долганов). Прошедшие 20 лет нового времени отмечены значительными изменениями в жизни епархии:

В 1993 году создано Ростовское епархиальное училище, ныне – Донская Духовная семинария.

В 1994 на территории бывшего Ефремовского женского монастыря, существовавшего с 1837 года, был открыт Свято-Донской Старочеркасский мужской монастырь.

С 1996 года по инициативе Ростовской и Новочеркасской епархии в южной столице начали проводиться ежегодные Димитриевские чтения, ставшие сегодня одной из основных площадок встречи педагогического сообщества, студенчества, различных социальных групп и духовенства епархии.

К 1999 году закончились продолжавшиеся шесть лет работы по восстановлению колокольни Ростовского кафедрального собора Рождества Пресвятой Богородицы. Ее освятил во время визита в епархию Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II. Многие средние общеобразовательные школы области стали экспериментальной площадкой по преподаванию предмета «Основы православной культуры».

 

Свято-Донской Старочеркасский мужской монастырь  Год основания:  1756.

Адрес: Ростовская область, Аксайский район, станица Старочеркасская, улица Почтовая, 1

 

В 1756 г. войсковым атаманом тайным советником Даниилом Ефремовым была заложена церковь Донской иконы Божией Матери - основного храма Старочеркасского монастыря. В 1761 г. храм был освящен. Основали женскую обитель Евдокия и Ульяна Ефремовы.

Торжественное открытие Старочеркасского Ефремовского женского монастыря состоялось 12 сентября 1837 г. В иконостасе Донской церкви находилось 40 икон, многие из которых были в серебряных с позолотой окладах, украшенных драгоценными камнями. Паникадило было выполнено из серебра и весило около 120 кг. Церковь была богата драгоценностями. К моменту образования монастыря в 1837 г. в храме было 24 пуда серебра, 2,5 кг золота, 409 бриллиантов, более 1500 изумрудов и яхонтов. На колокольне Донского храма находилось 8 колоколов, главный весил более 2,5 т.

 С 1994 г. происходит возрождение монастырской обители в стан. Старочеркасской, но уже как мужского монастыря. Открытие Свято-Донского мужского монастыря благословили известные старцы - архим. Наум из Троице-Сергиевой Лавры и архим. Зосима из с. Никольского Донецкой обл. Теперь в храме Донской иконы Божией Матери братия монастыря совершает ежедневное богослужение по полному уставу Православной Церкви. За основу богослужебной жизни Свято-Донского Старочеркасского мужского монастыря принят устав Троице-Сергиевой Лавры.

 Сейчас в обители 4 иеромонаха, 2 иеродиакона, 7 иноков и 9 послушников. Они ежедневно совершают богослужения в монастырском храме, трудятся на огороде, пасеке, в подсобном хозяйстве и на восстановлении келейного корпуса. В монастыре есть библиотека, в которой каждый может почерпнуть духовную мудрость из творений святых отцов, напитать свою душу истинным знанием. Недавно вернули келейный корпус.

 Престольным праздником монастыря является день празднования Донской иконы Божией Матери.

 

Церковь монастыря Сурб-Хач (в переводе с армянского Cурб-харч «Святой крест») - это армянская церковь в Ростове-на-Дону. Церковь Сурб-Хач в Ростове-на-Дону построена в 1786-1792 гг.  Она является старейшим из сохранившихся до наших дней зданием в современных границах города. С 14 ноября 1972 года в его стенах размещается Ростовский музей русско-армянской дружбы, насчитывающий более 10 тыс. экспонатов. После восстановления монастырского комплекса областная администрация определила перенести экспозицию музея в иное помещение. С 2000 года в церкви Сурб-Хач возобновлены богослужения

 

Свято – Иверский женский монастырь

Единственная женская  обитель в Ростовской епархии, расположена в Ворошиловском районе (ул. Неклиновская,4)

 

 

Литература:

Языкова И. «Происхождение монастыря / И. Языкова // Искусство.-  2009.- №17.-С.2

Языкова И. «Монашество в Древней Руси»/ И. Языкова //Искусство.-2009.-№17.-С.4


Threesome